Рецепція базових принципів лібералізму в українській філософській думці ХIХ - початку ХХ століття

Abstract

У дисертації вперше в українській філософії запропоновано цілісний об’єктивний та ідеологічно незаангажований підхід до українського суспільнополітичного дискурсу ХІХ – початку ХХ ст., в межах якого виявлено роль та значення доктрини лібералізму у формуванні основних світоглядних орієнтирів суспільної свідомості українців вказаного періоду. Показано, що зародження лібералізму в українській суспільно-політичній думці відбувалося під впливом російського імперського лібералізму і вперше чітко проявилося у творчості М. Драгоманова, який намагався поєднати націоналістичні прагнення українців із західноєвропейськими ліберальними цінностями. Поряд з іншим розкрито специфіку політичних інтенцій теоретиків класичного лібералізму та показано, що в українській інтелектуальній думці ХІХ – початку ХХ ст. прояви лібералізму були ситуативними і не мали широкого резонансу. На цьому тлі доведено, що маргіналізація лібералізму в українській суспільно-політичній першої половини ХІХ ст., була зумовлена, з одного боку, специфікою соціокультурного буття українського народу, а з іншого – «неісторичністю» (І. Лисяк-Рудницький) української нації.В диссертации впервые предложено парадигмально незаангажированный подход к украинскому общественно-политическому дискурсу XIX – начала ХХ века, в рамках которого обнаружено влияние доктрины либерализма на формирование основных мировоззренческих ориентиров общественного сознания украинцев указанного периода. В ходе исследования опровергнуты имеющиеся в зарубежном и украинском интеллектуальном дискурсе подходы, усматривающие истоки либерализма в культуре и мировоззрении предмодерна. Показано, что первые сдвиги в сторону либерализации общественной жизни произошли в эпоху Возрождения благодаря существенным экономическим трансформациям, которые начались в это время и, требуя новых мировоззренческих основ, обусловили переосмысление базовых принципов христианского вероучения, в итоге чего был открыт безграничный творческий потенциал отдельного человека, который, освобождаясь от власти коллективного целого, тем не менее часто оставался лишенным конструктивной социально-ориентированной программы собственных действий. Подчеркнуто, что именно в этом стихийном движении есть все основания видеть социокультурные устои либерализма. Раскрыта специфика политических интенций теоретиков классического либерализма и показано, что они не были ориентированы на формирование идеальной социальной системы, а отыскивали такие общественнополитические принципы, которые максимально полно реализовали частные человеческие интересы. Соответственно, вопрос наиболее эффективного политического строя тесно связан с возможностью максимально полно обеспечить личный интерес, который может реализоваться при любом политическом режиме, за исключением тоталитарного, разновидностью которого часто выступают политические системы, сформированные на мировоззренческом фоне «демократической традиции». В этом ключе опровергнуто положение о влиянии философии Ж.-Ж. Руссо на развитие либеральной доктрины и показано различие между либерализмом и демократизмом, которые в эпоху Просвещения еще не имели точек соприкосновения. Доказано, что зарождение либерализма на территории Российской империи началось в результате протолиберальных реформ Екатерины II, имевших амбивалентное значение для развития общественно-политической мысли в Украины: деятельность императрицы, с одной стороны, разрушила остатки политической обособленности украинского народа, а с другой – открыла путь для проникновения в общественное сознание привилегированных слоев населения идей западноевропейского Просвещения, тем самым сформировав социокультурные устои зарождения новой интеллектуальной элиты – «третьего сословия», представители которого заложили фундамент нового национального возрождения Украины. Показано, что в украинской общественной мысли XIX – начала ХХ в. проявления либерализма были ситуативными и не имели широкого резонанса. На этом фоне доказано, что маргинализация либерализма в украинской общественно-политической мысли первой половины XIX века была обусловлена, с одной стороны, спецификой социокультурного бытия украинского народа, а с другой – «неисторичностью» (И. Лысяк-Рудницкий) украинского народа, культура которого постепенно исчезала под давлением цивилизационных изменений, что, в свою очередь, актуализировало проблему тематизации этнического «Мы». Институализация и концептуализация украинского либерализма началась во второй половине ХІХ века благодаря творчеству М. Драгоманова и земскому либерализму и выразилась в стремлении либерализации всех сфер жизни путем создания свободных от влияния государства общественных организаций, обеспечивающих свободное развитие, а с ним и процветание многих сфер общественной жизни. Между тем, в отличие от западного либерализма, на территории российской империи, развитие гражданского общества не предусматривало децентрализации государственного суверенитета путем разделения властей.The dissertation represents a holistic objective and ideologically unbiased approach to the Ukrainian social and political discourse of the nineteenth and early twentieth centuries. The first time in the Ukrainian philosophy the role and significance of the doctrine of liberalism in forming the main ideological orientations of the social consciousness of Ukrainians of the mentioned period is revealed. Against this background, it has been shown that the emergence of liberalism in Ukrainian socio-political thought took place under the influence of Russian imperial liberalism, and for the first time was clearly manifested in the works of M. Dragomanov. It has been shown that in the Ukrainian intellectual thought of the ХІХ and early ХХ centuries, the manifestations of liberalism were situational and did not have a broad resonance. Against this background, it has been proved that the marginalization of liberalism in the Ukrainian sociopolitical life of the first half of the nineteenth century was conditioned, on the one hand, by the specifics of the sociocultural existence of the Ukrainian people, and, on the other hand, by the «unhistorical existence» (I. Lysiak-Rudnitskiy) of the Ukrainian nation.